Глава 2. Продолжение...

Со _spik_ отметили 8 марта, и празднично отредактировали еще кусок. Плакали...

А сюжет ведь супер! Планета после возможной победы мах-аммам над землянами. Конечно, этого не было, но в начале войны опасность могла стать реальностью. Сейчас любой школьник знает, что мах-аммы не агрессивны и напали случайно [:)))], приняв нас за исконных врагов, уничтожающих [мха-аммы не арессивны, но напали сами, хотя по идее уничтожают их самих. Логическая неувязка] змееподобную расу сотни лет - инд-варгхов. Знай инопланетяне, что земляне не имеют никакого отношения к инд-варгхам - не выслали бы звездолеты. Но случай распорядился так, что биологически две расы [какие?] очень похожи. И мах-аммы не могли удержаться от нанесения удара по незащищенным базам противника [если мах-хаммы ведут войну сотни лет: во-первых, им трудно перепутать две расы или не увидеть свою ошибку в кратчайший срок; во-вторых, сами базы и техника у землян и инд-варгхамов будут различаться, что тоже сложно не заметить даже мах-хаммам; в-третьих, мах-хаммы могли бы догадаться, что их противник не оставит свои базы незащищенными во время войны. Очень много натяжек].
- Вы ранены? - спросил старик.
- Ничего, ерунда, - пробормотал подросток. Больше всего Кирилла занимал вопрос, где он находится. На местность из сна это мало походило.
- Меня зовут Ингвар, - представился мужчина.
Жаркий пустынный ветер взъерошил его белые от седины седые волосы, и свернулся у ног Кирилла горкой желтого песка [ветер не может свернуться горкой песка]. Жар чувствовался даже сквозь высокие ботинки фирмы "Лам" и плотные брюки [естественно, в ботинках и брюках будет жарко. Если они из жаронепроницаемой материи, со встроенным кондиционером, электро-вакуумным поддувом, вживленным биобаротермосуперпуперрегулятором и т.п., стоит об этом хотя бы намекнуть. Либо перестроить предложение, убрав акцент с ботинок и брюк]. Под безрукавкой пот тек рекой, но парень не решился ее снять.
- Это мои дети, - кивнул Ингвар на подростков.
- Зара, - улыбнулась девушка, на которую Кирилл вначале почти не обратил внимания.
Такие же белые волосы, но, конечно, не седые, а просто выцветшие до белого цвета волосы, присобранные на макушке и распущенные по плечам. Светлая, почти просвечивающая [это что за ужасы? это как? Через что просвечивающая? Вариант: прозрачная] кожа, так же кое-где измазанная черным [черным или все же серо-коричневым?]. Белое платье до колен из традиционной [традиция – это элементы социального и культурного наследия, сложившиеся веками. Откуда герой знает, что она традиционная? Может ее используют из бедности?] уже тут ткани [пояснить, из какой ткани]. Максимально закрытое, чтобы не жечь кожу под палящими солнечными лучами. Стоптанные ботинки без шнурков на ногах.
- Ди, - чумазый парень сделал шаг навстречу и протянул руку.
- Кирилл, - ответил мальчик, с осторожностью пожимая узкую ладонь с тонкими пальцами [штамп].
- Пойдем, я посмотрю тебя, Кирилл. Что-то мне не нравится, как ты морщишься при каждом движении, - сказал старик и развернулся. Зара и Ди направились за отцом, и Кириллу ничего не оставалось [штамп, используемый не к месту], кроме как поплестись следом.
- А она ничего, эта Зара, симпатичная. Если ее отмыть хорошенько и принарядить [это сказано вслух?].
Мальчик разглядывал тонкий стан в белом платье, легкую походку [в стоптанных ботинках по песку походка вряд ли будет легкой. Даже парню тяжело идти, см. ниже], чуть развевающиеся при ходьбе волосы. Идти оказалось тяжело. Ноги вязли, ребра болели, рука тоже начала зудеть [от чего начала зудеть рука? Он ее лишь ударил. Зуда от удара не бывает]. Темные патлы нагрелись так, что дотронуться горячо.
Ужасно хотелось пить [штамп. И, только от танка отошел, уже пить хочется].
- Откуда ты такой появился?
Кирилл вздрогнул от неожиданности [непонятно от чего вздрогнул Кирилл. От вопроса или от того, что подошел Ди. Кто задал вопрос? Изложить более определенно]. Ди успел тенью подойти так, что Кирилл не заметил.
- На твоем транспорте ветки деревьев. У нас на сотни километров нет деревьев. Откуда ты?
- Из дома, - ответил мальчик.
А что еще он мог сказать? Что эти люди и эта пустыня всего лишь сон пятнадцатилетнего парня?
Ди пожал плечами и скользнул [заменить] в пустыню. Передвигался он бесшумно и очень быстро.
- Как ему ноги не жжет песок? - удивился путешественник, загребая желтый жар [?] ламовскими ботинками.
- Ничего, что брат убежал? - робко поинтересовался он у Зары.
Девушка засмеялась, и Кирилл отметил, что у нее приятный звонкий смех.
- Вообще-то, Ди - моя сестра. Диана.
Мальчик подавился воздухом и закашлялся. Сестра?
- Не сестра, а ящерица. Постоянно носится по пустыне, неугомонная [она что, дура?:) Хоть как-нибудь обоснуйте, а то получается, что она носится просто так – из любви к искусству]. Каждую песчинку, наверное, уже знает. Это ведь она твой транспорт нашла, и нас с отцом позвала.
Дальше шли молча. Ингвар впереди, не оглядываясь [лучше вырезать. Иначе получается, что остальные оглядывались], затем Зара, почти след в след, и Кирилл, неуклюже зарываясь в песок увязая в песке и еле передвигая ноги.
- Пришли.
Мужчина остановился. Под ногами оказался желтый люк, присыпанный песком. Самостоятельно подросток бы его ни за что не заметил. Вокруг, на сотни метров - ни одного ориентира.
- Будь нашим гостем, Кирилл, - сказал Ингвар и открыл вход.

Из подземелья дохнуло гнилью [банально]. От неожиданности Кирилл отступил на полшага [не знали, что у шага есть пол :)], присел перед люком – снизу поднималось дрожащее марево [марево – «сухой туман», дрожание воздуха от длительного воздействия жарких солнечных лучей на поверхность. Марево не может подниматься из постоянно закрытого, сырого подземелья].
– Прыгай, здесь невысоко[абсолютно нелогично. Мужчина вел мальчика к себе из опасений за его здоровье. А здесь предлагают ему прыгнуть. Кроме того, зачем прыгать, если есть лестница, см. ниже?].
Зара прошла вперед [первой], села, свесив ноги, и, схватившись за противоположный край  [не реально таким образом прыгнуть в люк] люка, скользнула в провал. Только успели мелькнуть испачканные черным ладони, и уже в следующую секунду [если в «следующую секунду», то летела она не мало, исходя из 9,8 g :)] раздался всплеск, и внизу, действительно недалеко, мелькнула и тут же исчезла светлая макушка Зары.
Кирилл дотронулся до края, поднес пальцы к лицу посмотрел на пальцы. Черный маслянистый налет моментально высыхал под палящим солнцем, превращаясь в мелкую угольную пыль.
– Скорей, - донеслось снизу.
Кир поднял взгляд на Ингвара, тот внимательно смотрел куда-то вдаль. Кирилл неохотно спустил ноги вниз, упираясь руками в край, заглянул в дыру, но ничего не увидел, тогда, и, мгновение поколебавшись, прыгнул.
Вода брызнула из-под ног.
В подземелье было сыро и душно. Луч света косо падал сквозь отверстие в потолке, рассеянный свет исходил и от стен. Когда Ингвар заслонил собой лаз, призрачное свечение усилилось.
– Это грибница.
Зара неслышно появилась из-за спины. Ингвар медленно спускался по скобам, которые, как оказалось, вели вниз от самого люка.
– Я мог бы сломать ногу, – сказал Кир.
– Идем, – ответила Зара, – отец догонит нас. Если бы я знала, что ты так же стар, как и он…
Кирилл не успел заметить лица девушки [не нужное замечание, т.к. он видел ее лицо ранее] – когда он обернулся, её светлое одеяние мелькало уже далеко впереди. Каждый шаг, взрываясь сотнями брызг, сиял голубоватым отсветом стен [шаг не может сиять отсветом стен и взрываться брызгами. Переделать предложение].
Оттирая ладони об испачканные уже брюки, Кирилл поспешил следом.
Он не помнил и этого места. Запах, запах грибницы был смутно знаком, но на пестрой раскрашенной богатейшей палитрой цветов [карта не может быть раскрашена палитрой. Палитра – либо доска, либо характер цветовых сочетаний. Вообще лучше вырезать] карте не было длинных сырых туннелей, как, впрочем, и пустынь.
"Ая", - позвал Кир мысленно. - "Ая, ответь. Где я, Ая? Карта. Покажи мне карту".
Зара замедлила шаг, позволив догнать себя. Скоро они уже шли рядом, а прямо за спиной угадывалась размеренная поступь Ингвара. Кирилл сосредоточился, пытаясь выйти на связь, но искин хранил молчание. Как ни дико это звучало, но что-то экранировало сигнал [почему это дико должно звучать? Где пояснение?]. Будь это радиоволны [как он узнал, что это не радиоволны?], Кир не был бы так удивлен и встревожен. Но их связь носила несколько иной характер [какой именно?].
"А-я-а-а", – это был мысленный стон.
– Кого ты зовешь?
Кирилл запнулся на полушаге, когда девушка, искоса наблюдавшая за ним, задала этот вопрос.
– Зову?
– Да. Кто такая Ая? – голова Зары была чуть повернута к нему, но длинные волосы, падая на глаза, скрывали взгляд [одно не следует из другого. Отсутствие логической связи. Нужно вырезать «но» или «чуть»].
– Ты можешь читать мои мысли? – Кирилл едва удержался от того, чтобы вытереть вспотевшие ладони о брюки [почему? Он прекрасно вытирал их, когда они были грязными].
– Нет, конечно, – девушка тряхнула головой, отбрасывая волосы за спину назад, её взгляд был открыт. – Но когда зовешь кого-нибудь так… громко, трудно не услышать.
Ответ не вполне устроил Кира, но все же немного успокоил.
– Ая, – заблудившийся странник помедлил, размышляя, как объяснить дикарке, кто такая IA: Intelligence, Artificial; Интеллект, искусственный, Аюшка, умница, лучшее, что создал Кир, воспользовавшись позаимствованными в институте матрицами последнего поколения. Не маленький глупый домовой, а самый настоящий искин. Об Ае не знал даже Макс. – Это мой проводник. Мы… потерялись.
– Ты потерялся, – поправила его Зара. – Вы, должно быть, очень близки друг другу, раз ты мог беседовать с ней мысленно, не обладая моими способностями.
– Да уж, куда ближе, – пробормотал Кирилл, вспомнив переплетения сверхтонких кабелей, соединивших его тело и нанопроцессор. Диаметром не больше волоса, проводки ныряли под кожу, в поисках нервных узлов, как только чувствовали тепло человеческого тела. Кирилл содрогнулся, представив, как испугается мать, если увидит его не в объятиях терморегулируемого, безопасного нейроодеяла, под бдительным надзором домового Кузьки, а в кресле, с паутиной проводов, тянущейся к компьютерному терминалу [слишком длинное предложение. Разбить]. Как объяснить матери, что нет проводника надежней, чем выращенный тобой же искин? Кир просто не мог потерять связь с Аей [противоречие, ведь связь он потерял]. Отец понял бы [что?].
– Пришли.
Зара нырнула в боковое ответвление туннеля, которое едва не прозевал задумавшийся Кирилл. Задумавшийся Кирилл едва не прозевал, как Зара нырнула в боковое ответвление туннеля.  Когда они шли по короткому патрубку к ярко-освещенной песочно-желтой комнате, Кирилл смутно чувствовал едва различимое сопротивление. Ощущение напоминало сопротивление толщи воды, но его сила едва угадывалась. Воздух внутри оказался на удивление свежим.
В углу комнаты, присев на циновку, уже расположилась Ди. Чисто вымытая, с руками полными чуть опаленной солнцем зелени держащая в руках зеленые ветки, слегка опаленные солнцем. "Наверняка собрала с моего танка", подумал Кир. Она кормила листочками маленького юркого зверька, уютно примостившегося у неё на плече. Толстый пушистый комок очень ловко орудовал почти человеческими пальцами, вырывая угощение прямо из рук [очень много описаний подобного типа].
Ингвар обошел застывшего в проходе Кирилла и, опустившись на колени, открыл стоящий у стены ларь, принялся вынимать плотно запечатанные глиняные горшочки.
– Сними… – старик пожевал губами, глядя на очередную кубышку, поставил ее обратно, – ту штуку, что одета на тебе. Без рукавов [любой человек, незнакомый с чужой одеждой, сказал бы проще. Нашел бы эквивалент из собственного языка]. Ты сильно ушибся, надо натереться мазями, но в остальном ты не пострадал.
Ингвар поднялся с колен, держа в каждой руке по паре горшочков. Чуть склонив голову на бок, он пристально оглядел Кира.
– Только вот почему-то твой организм считает [организм не может считать. Он либо истекает кровью, либо нет. Считать может сканер, о котором пойдет речь ниже], что ты получил множественные проникающие ранения острыми предметами. Хорошо, никакие жизненно важные органы не задеты, но ты истекаешь кровью.
Кирилл отшатнулся, невольно подняв руки к груди, прикосновения отдались пронзающей болью. Он увидел вдруг, что с ладоней исчез черный налет, а когда опустил взгляд на идеально чистую одежду, вечно немытые волосы шелковисто [немытые волосы не могут шелковисто лизнуть щеку. Либо они уже не немытые] лизнули щеку. Голова пошла кругом [от чего голова пошла кругом? От того, что стал чистым? Неопр. комический эффект]. Не замечая его состояния, Ингвар шагнул ближе, опустил руку на плечо.
– И я не знаю, что мне делать с этим как  тебе помочь. Ты действительно с каждой минутой слабеешь. Я могу врачевать тело, но врачевать дух [при чем здесь дух? О нем прежде не было ни слова]… Тебе нужно в Заброшенный Город [зачем?].
– Да, мне нужно в Заброшенный Город, – автоматически повторил Кирилл. – Но как?
– Это не сложно. Мы тщательно ухаживаем за старой транспортной системой, и некоторые машины еще работают.
– Нет, – все еще не веря, Кирилл провел рукой по волосам, заправляя рассыпающиеся пряди за ухо. "Значит, все-таки сплю", подумал он с облегчением [почему такая реакция? На то, что стал чистым? Кроме того, он и до этого знал, что это сон], хотя понимал, что ни Ая, ни, тем более, Кузька [почему тем более Кузька, если Аю Кирилл считал более надежной?] не могли подсунуть ему такой бредовый сценарий. Может быть, он просто задремал по дороге из института домой, а завершенная, наконец, карта, танк, пустыня и эти люди всего лишь самый обыкновенный, не моделированный человеческий сон? На остановке его разбудит автокондуктор, а пассажиры будут улыбаться, глядя на смертельно уставшего мальчишку. – Вы даже не обследовали меня… и одежда… – Вот сейчас он проснется, пойдет домой, и обязательно нырнет под одеяло на часок-другой перед тем, как испытывать карту.
Ингвар улыбнулся вдруг, разом сбросив десяток лет [из-за некорректной формулировки фраза воспринимается буквально].
– Ах, это! Я осмотрел тебя по пути сюда, в излучении грибницы – лучший медицинский сканер. А одежда – это просто аэрогель на входе, жидкий дым [аэрогель и жидкий дым – разные вещи. Две разные дисперсионные среды], вот как его называют. Он на девяносто восемь процентов состоит из воздуха [описание не имеет смысла, т.к. дает представление лишь об одной, всем известной, составляющей. Кроме того, есть подозрение, что оно не соответствует ни аэрогелю, ни жидкому дыму], но при этом является лучшим фильтром, абсорбентом и самой надежной защитой от вторжений извне [инопланетян?:)]. Пойдем в другую комнату, я обработаю твои раны [мы помним, что ран у него не было. Были ушибы у Кирилла, и глюки у сканера]. Не будем смущать девочек.
Кирилл безвольно подчинился руке Ингвара, а сестры дружно прыснули за спиной.
– А он ничего себе так…
– …если только его отмыть!


…Совсем скоро Макс оказался перед самым красивым домом в новом квартале. Его построили в честь окончания войны с Мах-аммами – огромный черный ящер расправил крылья и смотрит в небо. Кажется, еще секунда, и он издаст свой дикий полукрик-полуклич, взмахнет крыльями и оторвется от земли. Сначала сооружение боялись даже пилоты самолетов [они все были невротиками?] – настолько реалистичным оно выглядело издалека. Кто-то даже не выдержал, и выпустил весь боекомплект с Юа-136 [на самых захудалых военных картах этот дом должен быть обозначен, как мирный объект. Это был самый невротичный невротик.:)], но защитное поле дома [ а вы уверены, что это не секретная база? Или у всех домов защитное поле от боекомплекта с Юа-136?] очень хитро [что в этом хитрого?] отразило нападение – на землю пятнадцать ракет упали черным песком [это были сухопутные торпеды, если песок от них не развеяло по ветру]. Сейчас в доме, в основном, жили чинуши Сааб-дида, а Кирилл с мамой получили здесь квартиру после подвига и трагической гибели его отца… Какого именно подвига, Макс, к своему стыду не помнил, но втайне завидовал другу – жить в этом доме значило гораздо больше, чем получить все привилегии на свете. Жить в этом доме – значит получить специальный статус. Неприкосновенный статус. К жителям дома все горожане относились не просто как к элите – они считались чуть ли не полубогами. За десять лет дом оброс такой славой и такими невероятными слухами, что даже самые простые из них казались нереальными. В городе, например, говорили, что дом – это огромный корабль, который при угрозе уничтожения планеты самостоятельно может принять решение стартовать [совершенно детские измышления для взрослого человека, не соответствуют герою. Переписать].

Как бы то ни было, сейчас Максу надо было выручать друга.
- Идентификация…- Макс приблизил лицо к специальному окну [лучше - сканеру] и стал ждать, когда луч считает его радужку.
- Мне нужна квартира 116 – 56б [это коммуналка?:) Второе число – число жильцов в квартире?:)].
- Цель визита?
- Дружеский [минимальная смысловая нагрузка разговора. Никто не назовет цель визита «вражеский», а по сему и сам вопрос бессмысленный]…
- Входите, - нет, голос не был металлическим, как у первых роботов. Сочный, чуть хрипловатый – Максу всегда нравились такие женские голоса по радио [это был робот или все же женщина?].

На пороге квартиры его уже ждала мать Кирилла – стройная моложавая женщина. Ей никто бы не дал ее лет [нигде не сказано, сколько ей лет].
- Заходи, Максимилиан, - Ан-пи улыбнулась. Ей нравился Макс, она всегда считала, что мальчику нужен именно такой друг – взрослый, умный, порядочный [заезженный стереотип]. «Без темных мыслей в голове», – как она говорила.
- Ан, Кирилл давно не выходит из комнаты? – Макс вдруг начал задыхаться [у него астма?].
- Четыре дня… что-то случилось [и она еще спрашивает?! Алогичное событие. Ни одна мать, даже в далеком будущем, такого не допустит, столько дней не интересоваться, что с сыном]?
- Разблокируйте дверь. У меня нехорошее предчувствие [получается Макс четыре дня вспоминал, что это за карта. А вспомнив, говорит всего лишь о предчувствии]…
- Дом, открыть комнату Кирилла. Снять защиту [от кого защиту? От боекомплекта с Юа-136 с мамой?:)]. Сканеры Сканироват комнату, - ни один мускул не дрогнул на лице Ан-пи [излишний пафос]. «Она слишком спокойная для живого существа [для матери, для женщины]» - пронеслось в голове у Макса.
- Пульс нитевидный. Большая кровопотеря. Рекомендуем госпитализацию, – сообщил хрипловатый голос. Но Максу на этот раз он показался зловещим [хриплый голос может быть зловещим, неуместное противопоставление].

Макс и Ан-пи бросились в комнату Кирилла. Юноша оказался быстрей, но, оказавшись у открытой комнаты, инстинктивно отшатнулся - ему в нос ударил отвратительный запах горелого мяса и шерсти. Перед слабо мерцающим монитором сидел его друг, опутанный множеством проводков, и истекал кровью. Возможно, вчера отошел один из контактов, или Кирилл использовал уже испорченные кабели – Макс не знал. Но, видимо, это вызвало цепную реакцию, и Кирилла просто пронзило сразу в нескольких местах током.
- Срочная госпитализация, - Макса трясло, и, как бы он не хотел, он не посмел отсоединить провода - пусть это сделают специалисты, врачи.
- Сын… - Ан-пи стала сползать по стенке. [Ряд вопросов и претензий по абзацу.

Повтор слова во втором предложении.

Логично было предположить, что они уже стоят перед дверью его комнаты.

Откуда запах горелого мяса и главное – шерсти?

Почему герой истекал кровью? Испорченные кабели этого не объясняют.

Что за цепную реакцию вызвал отошедший (или испорченный) провод?

Человека не может пронзить сразу в нескольких местах током. Его может просто ударить током. И, даже если напряжение было не сильным, чтоб убить героя сразу, то за четыре дня под воздействием тока он бы уже умер.

Сползать по стенке надо было, когда сын не вернулся к ужину в первый день.

И вообще, любимый компьютер за четыре дня мог бы заметить, что Кирилл скоро отдаст концы и уже оброс шерстью.

Переписать].

- Зара, - голос Ингвара был встревожен. - Подойди-ка ко мне. Этот мальчик, Кирилл… Мне очень не нравится то, что с ним происходит. Нам нужно срочно что-то делать, иначе он просто умрёт [стоит определиться, в котором из миров он может умереть]. Что тебе удалось увидеть?
Зара села у ног отца, обхватила руками колени и нахмурилась.
- Он звал какую-то Аю, но когда я его о ней спросила, он промолчал.
Ещё я видела обрывки мыслеобразов, но, отец, они мне совершенно непонятны.
- Что ты видела? Описать можешь?
- Серебристые стены… Высокие-высокие. Комнаты замкнутые, сухие, давящие… А ещё, какую-то разноцветную плоскую игрушку, и тонкие-тонкие щупальца, пронзающие человека... Мне даже стало страшно. Может в том месте, откуда он, так пытают людей? Может и его пытали?
- Не знаю. Мне вообще мало что ясно. В излучении грибницы я увидел, что мальчик весь в синяках, устал и растерян, но никаких ран [однако, каким-то образом Ингвар определил их наличие и сейчас, и ранее], а тем более проникающих, и тут вдруг такое [что именно вдруг и, что именно такое?]. Я сначала даже своим глазам не поверил. Ничего не понимаю.
- Он вообще странный, - Зара повела плечом. - Как будто с неба свалился. Ведет себя так, словно спит и ждёт, что вот-вот проснётся.
- На потерю памяти похоже?
- Нет, отец, не похоже, его мысли вообще ни на что не похожи [не могут быть вообще ни на что не похожи. Тем более серебристые стены, комнаты и т.д. она определила].
- Расспросить бы его поподробнее, но, боюсь, времени на это уже нет [однако ниже по тексту есть два часа до того, как они выйдут]. Зара, тебе и Ди придётся проводить его в Заброшенный Город. Другого выхода я просто не вижу. Один он не дойдёт, слишком быстро теряет силы.
- Что вы тут без меня обсуждаете? – Ди как всегда подошла бесшумно и теперь внимательно смотрела на отца и сестру. Зара снова повела плечом, а Ингвар покачал головой:
- Снова ты появляешься именно тогда, когда нужно. Ты обратила на это должное внимание, как я просил [в чем смысл данной фразы?]?
- Зачем? Мне и так неплохо.
- Это интуиция, Ди, её просто необходимо развивать [если девушка и так появляется вовремя, к чему это нравоучение?].
Ди сверкнула глазами и промолчала. Ингвар привычным жестом попытался погладить её по голове. И вздохнул, когда Ди, как чаще всего бывало, уклонилась.
- Ладно уж, потом [что потом?]. Мы тут как раз говорили о Кирилле, – твоей находке. Его нужно отвести в Заброшенный Город.
- Когда?
- Вам придётся выйти максимум часа через два, и то, я это время даю только для подготовки того, чтобы вы как следует подготовились. Возьмите на всякий случай запас дня на два, что-то у меня нехорошее предчувствие [он уже не первый, кого мучают предчувствия].
- Это ясновиденье [предчувствие относится к интуиции. Ясновидение образовано от слов ясно и видеть], отец, его просто необходимо развивать.
Ди увернулась от шутливого подзатыльника и ускакала.
Зара подошла к Ингвару и тихо его обняла.
- Не сердись на неё, такая уж она у нас [??? У них?] уродилась.
- Не сержусь, беспокоюсь вот только. Будьте осторожны. Прислушивайся к Ди, какими бы странными ни были её слова. К счастью, она редко ошибается. Если что, позови, я услышу.
- Хорошо.